— Вы участвовали в переходе Сафонова в «ПСЖ». Вы также представляете интересы братьев Миранчуков. С какими сложностями столкнулись, когда вели переговоры по их трансферам с иностранными клубами?

— Каждый кейс — это отдельный случай, который нужно разбирать под микроскопом. В принципе, мы сейчас все сталкиваемся с одной и той же сложностью: наши футболисты просто не могут переходить во многие клубы Европы. Это главная сложность. А по поводу Миранчуков и Сафонова — это три разных абсолютно кейса, даже четыре, учитывая, что Антон Миранчук два раза переходил.

— Чей переход в юридическом плане был самым сложным?

— У нас, в принципе, давно не возникает никаких проблем с точки зрения юриспруденции. Это были абсолютно разные истории. Переход Алексея Миранчука в "Атланту" — это МЛС. Там был большой вопрос по налогам, потому что это совсем другое налогообложение. Это достаточно типовой контракт в МЛС, где ты не так много можешь поменять. Тебе дают шаблон, который согласован между лигой и профсоюзом футболистов, и ты туда можешь вносить какие-то изменения, но, как правило, это не так просто сделать.

По Сафонову совсем другая ситуация. Переходом занималась наша компания, в частности мой партнер Юрий Зайцев проделал большую часть работы. Но там как раз достаточно объемный контракт, который можно менять, можно согласовывать. Ну, то есть еще раз: никаких сложностей у нашей компании давно не возникает с контрактами. По Миранчукам и Сафонову все достаточно просто прошло. И по Антону, и по Алексею, и по Матвею.

— Вы сказали, что у Сафонова был большой контракт, занимались вы с Юрием Зайцевым вместе. Были ли со стороны «ПСЖ» необычные условия по контракту, чего не было у других клубов?

— Слушайте, да нет. Французский контракт достаточно качественно проработанный, но меня ничем не удивил. Еще раз: контракты, какие-то пункты в контрактах — это из фильмов, мне кажется, пришло. Журналисты постоянно любят про это спрашивать. Но там такого нет, что запрещено голым ходить по Лувру. Это обычный трудовой договор. Ничего особенного. Вряд ли чем-то смогу вас удивить.

— АПЛ — по-прежнему самая сложная зарубежная лига для взаимоотношений. Были ли подвижки за последние годы в целом?

— В АПЛ вообще российских футболистов не берут.

— Ну да, поэтому и спрашиваю.

— Российских футболистов не берут ни в АПЛ, ни в Германию, ни в Австрию, даже в Америку не берут напрямую. Ну какие подвижки? В 2022-м, 2023-м, когда вели переговоры с теми или иными клубами, мы пытались: «Ну нет, ну вот посмотрите, вот этого посмотрите…». А сейчас уже просто не пытаемся, потому что всем сказано четко: нет, мы русских игроков не берем.

Поэтому, по сути, для русских игроков (я уже повторял много раз) сейчас большая проблема куда-то перейти. Для них открыты только Испания, Франция и Португалия. В Португалии три клуба, которые могут заплатить какие-то деньги. В Испании — четыре клуба, которые могут заплатить какие-то деньги. Среди них «Реал» и «Барселона» — понятно, что у нас игроков уровня «Реала» и «Барселоны» нет. Во Франции чуть-чуть больше, но клубы суперспецифические, футбол суперспецифический, суператлетичный. Не каждый игрок там заиграет — можно вот на Кузяева посмотреть, например.

Ну, и Италия открыта. А в Италии лимит на легионеров — не больше трех игроков не из Европы. Вот и все. И вот смотрите сами, куда теперь российские футболисты могут перейти и какие клубы могут за них заплатить деньги. Подвижек никаких в Англии и остальных странах нет. То есть, скорее всего, это все — до снятия санкций ФИФА и УЕФА с России. И больше особо никто не пытается никого туда продать, потому что нет смысла.

— Вы упомянули Австрию, но вратарь Даниил Худяков там выступает за «Штурм».

— Повторюсь: невозможен трансфер за деньги напрямую из России. Это важно. Вот Алексей Миранчук из Италии перешел в клуб МЛС. Ни у кого к национальности вопросов не возникает. Вопрос возникает, куда нужно деньги переводить. Худяков перешел (и мы участвовали в этом трансфере) как свободный агент. То есть, опять же не было никакого встречного платежа.

Важно понять, что вопрос не к футболистам, не к самой национальности футболистов, а вопрос к месту, откуда они переходят, и куда нужно заплатить деньги. Вот если бы за Худякова нужно было «Локомотиву» платить деньги, то переход уже бы не состоялся.

— А у Худякова были еще варианты?

— Варианты есть всегда. Сейчас о них некорректно говорить.

— Трансфер Сафонова во Францию, Миранчука в США вы провернули легко? Не у всех получается устроить российских футболистов в зарубежные клубы.

— «Провернули» — такое слово (смеется).

— Совершили сделку.

— Это вам кажется, что это легко было. На самом деле это не легко. Люди читают: «Произошел трансфер». Но они не понимают, сколько за этим работы, переговоров, нервов, конфликтов и так далее. И вы не можете этого понять, потому что не находитесь внутри этого процесса. А находиться внутри этого процесса невозможно, потому что это достаточно конфиденциальная история.

Переход игрока из академии в клуб ФНЛ и в «ПСЖ», в принципе, разные по суммам, но по сложности, по затраченному времени, по нервам — абсолютно одинаковые. Многие агенты, с кем я разговаривал, не любят заниматься мелкими сделками, потому что делаешь десять мелких сделок и тратишь абсолютно такое же количество сил, как на десять миллиардных сделок. А денег за это зарабатываешь не так много. Поэтому это очень поверхностное мнение, что трансфер — легкая какая-то история.

А почему у других не получается — это вопрос не ко мне.

— Как Матвею во Франции сейчас?

— Я не готов комментировать — это лучше у него спросить.

— Почему у Матвея до сих пор нет больших международных спонсоров? Насколько это политический вопрос?

— Мы общаемся с международными спонсорами, и очень многие нам отвечают, что, к сожалению, пока длится эта конфликтная ситуация, они не готовы заключать контракты с российскими игроками. Это вопрос вообще не про Матвея, а про подход международных брендов. Я с этим подходом в корне не согласен, считаю, что это глупый подход. Но я не могу заставить людей — это их деньги, спонсорство, добровольное решение.

С другой стороны, есть экономическая история. Допустим, возьмем производителя спортивной экипировки. Зачем ему заключать договор с Матвеем Сафоновым, если у этого производителя экипировки нет ни одного магазина в России? Как спонсор может заработать деньги в России, если у него нет магазинов в России? Когда появятся магазины или доставка, тогда они, может быть, посмотрят на Матвея.

К Миранчуку, например, достаточно часто обращаются американские спонсоры, потому что американцы смотрят на игроков своей команды, и для них Миранчук — он их местный (как Овечкин какой-нибудь). У него там есть рекламные истории, но которые мы не видим из России, потому что они направлены на Америку.

— Если говорить про Антона Миранчука, кроме «Динамо» были варианты?

— Без комментариев. Я не могу комментировать трансферные вопросы. Если я скажу, например, что были предложения — это может обидеть кого-то. Если скажу, что не было — это как будто футболист никому не нужен. Ни один агент на них не ответит.

— Читал ваше интервью на «Матч ТВ» в декабре 2022 года. Вы тогда говорили, что на тот момент не видите никаких потеплений отношений с ФИФА, УЕФА, и мир уже как-то привык без России жить. Сейчас какой прогноз по возвращению, по допуску?

— Прогноз такой, что если ничего не делать — ничего не будет. Я, конечно, не могу давать российским футбольным властям никаких советов или рекомендаций, но на мой взгляд, сейчас ситуация серьезно поменялась серьезно с тех пор, когда в 2022 году были введены санкции.

Сейчас мы видим, что происходит с Америкой, с Израилем, с Ираном, Сирией и прочими странами, которые спокойно воюют друг с другом, и никто не подвергается никаким санкциям. Мне кажется, всем уже очевидно во всем мире, что санкциями не остановить никакой вооруженный конфликт. Санкции в отношении спортсменов не приводят к остановке вооруженного конфликта. Это приводит только к умножению несправедливости, умножению какой-то ненависти, страданий спортсменов.

Поэтому я бы на месте наших спортивных и футбольных властей еще разок сейчас постарался обратиться после чемпионата мира к ФИФА, чтобы ФИФА пересмотрела этот вопрос по поводу санкций. Потому что ситуация поменялась в мире. Нас отстраняли, базируясь на аргументе безопасности. За четыре года после нашего отстранения никаких инцидентов с российскими клубами не произошло. Российские клубы играли во многих странах мира — и на сборах, и в товарищеских матчах в Эмиратах. Ни одного инцидента, связанного с безопасностью, не произошло. Это была формальная причина для отстранения.

Я бы этот вопрос поднял еще раз. Во всем мире, по-моему, очевидно всем, что это отстранение несправедливо.

— «Зенит» и «Спартак» на молодежном уровне начали попадать на международные турниры. Пусть товарищеские, но это действительно полезная история для разбана? Или этот кейс ничего не значит?

— Я считаю, что это ничего не значит. Я думаю, что гораздо более важная история — то, что Международный олимпийский комитет в конце прошлого года принял решение рекомендовать допустить молодежные команды под флагом и гимном. Не футбольные, а вообще, в принципе, все. МОК рекомендует федерациям это сделать. И вот после этого я бы рекомендовал поднять этот вопрос про футбол. Ну хорошо, МОК по поводу всех видов спорта рекомендует, в том числе и футбол. Давайте спрашивать ФИФА, УЕФА: «Ребят, ну хорошо, МОК порекомендовал, а чего вы молчите? Почему до сих пор не принято решение?».

Я бы на это обратил внимание, чем на то, что там кто-то куда-то съездил. Академия «Спартака» тоже съездила. Это все коммерческие истории. На таком бытовом уровне ни у кого нет никаких проблем с Россией.

— Хотел спросить про ваше агентство «Билд Ап» (Build Up). В чем заключается ваш функционал, ваша деятельность, ваша работа?

— Я основатель агентства. Мы совместно с Юрием Зайцевым приняли решение, что часть нашей работы юридической вылилась в то, что многие клиенты спрашивают совета, спрашивают помощи в трудоустройстве. Мы долгое время этим не занимались. Но в какой-то момент сдались, потому что очень много клиентов, которые просили помочь. И отказывать им или отправлять к другим агентствам стало как-то совсем некорректно.

Мой функционал заключается в том, что я являюсь как основателем, так и лицензированным футбольным агентом ФИФА. У меня есть лицензия ФИФА, полученная в 2022 году. Соответственно, я веду абсолютно всю деятельность, которая связана с агентством: переговоры, поиск футболистов, общение, какое-то стратегическое управление, улаживание конфликтов, финансирование и так далее.

— Вы сказали про обращения футболистов. Это в основном от молодых, или взрослые игроки тоже обращаются?

— Обращения поступают от всех. Если вы приходите к юристу и получаете качественную юридическую помощь, у вас по дефолту к нему возникает доверие. Раньше достаточно распространено было иметь семейного врача, семейного адвоката, к которому ты мог обратиться по любым вопросам. Так же и здесь: у нас много клиентов, с которыми мы работали по их юридическим проблемам, а потом по проблемам, связанным с трудоустройством. Это абсолютно нормальная история.

— В вашем агентстве молодой защитник ЦСКА Кирилл Данилов. Сейчас к нему много внимания после дебюта в РПЛ. Ждать ли перехода в Европу?

— Кирилл Данилов — футболист, который сыграл несколько матчей в ЦСКА в основе. Для него сейчас главное — закрепиться в основе ЦСКА и регулярно играть, приносить пользу. Это его главный фокус. Он воспитанник ЦСКА. Ему 18 лет, у него вся карьера впереди. Нужно делать шаг за шагом.

— В «Динамо» Москва у вас есть Антон Миранчук. Есть молодые футболисты: Иванов, Абдулхаликов, Змеев. Как оцените их перспективы?

— Слушайте, это молодые футболисты. Все они, безусловно, талантливые. Но достаточно большой путь впереди. Мы им поможем, сделаем все от нас зависящее. Но не хотел бы я заранее никому ничего пророчить. Молодой футболист — это как цветочек: его нужно поливать, лелеять, беречь. Огромное количество препятствий на его пути. А что-то заранее говорить — только навредить.

— Какой сейчас самый стабильный клуб в России с точки зрения финансирования и спонсорской привлекательности?

— Я думаю, что это три клуба: «Спартак», «Краснодар» и «Зенит». Это стабильные финансово клубы. Один — «народная команда» с большим количеством болельщиков, другой — шесть раз подряд чемпион с большой фанатской базой и спонсорами. Ну и «Краснодар» — новый топ нашего футбола.